Новости

Прокуратуры РФ

Москва

Москва

Лента новостей

Главная Сибирский федеральный округ Красноярский край

18 Март 2016 года Интервью начальника уголовно-судебного управления Смирнова А.Ю. газете "Наш Красноярский край" от 18 марта 2016 года " Приговор не окончательный. Обжалованию подлежит."

Наша справка

Андрей Юрьевич Смирнов родился в 1966 году в Красноярске, в рабочей семье. Окончив среднюю школу, поступил на юрфак КГУ. Служил в армии. Гвардии старшина запаса. С 1989 года работает в органах прокуратуры Красноярского края. Начинал в Красноярской прокуратуре по надзору за соблюдением законов в ИТУ. В декабре 1993 года назначен начальником кассационного отдела. С 2002 года возглавляет уголовно-судебное управление краевой прокуратуры.

Старший советник юстиции. Почетный работник Прокуратуры РФ. Неоднократно поощрялся Генеральным прокурором РФ и прокурором края. Награжден Почетной грамотой Законодательного собрания Красноярского края.

Сын Кириллучится на третьем курсе юрфака СФУ. Жена,Алла Васильевна тоже юрист,советник юстиции, почетный сотрудник Следственного комитета РФ.

1. Закон – превыше всего

2. Без права на ошибку

За каждым судебным решением стоит живой человек

- Андрей Юрьевич, функции управления, которое вы возглавляете, в принципе понятны даже из названий его подразделений: отдел государственных обвинителей, апелляционный отдел, кассационно-надзорный отдел. Если в широком смысле, то главная задача ваших сотрудников – контроль за соблюдением законности на всех стадиях уголовного судопроизводства?

- Совершенно верно. Вместе с прокурорами городов и районов мы обеспечиваем поддержание обвинения от лица государства в судах – от мировых, районных до краевого, обжалуем незаконные судебные решения и постановления по уголовным делам, добиваемся поэтапной проверки всех судебных решений… Государственный обвинитель по любому делу, в котором он принимал участие, обязан изучить приговор или иное судебное решение и доложить рапортом руководству о его законности и обоснованности, нашел он там ошибки или не нашел. Работа серьезная и очень ответственная – только в прошлом году в судах края было рассмотрено 25 тысяч уголовных дел, и каждое у нас должно быть под контролем.

- Ничего себе конвейер...

- Нет, мы не можем относиться к своей работе как к «конвейеру». За каждым уголовным делом, за каждым судебным решением стоит судьба реального живого человека, поэтому мы не имеем права на ошибку. Ни в отношении потерпевшего, ни в отношении подсудимого. Каким бы он не был жуликом и рецидивистом, закон нарушаться не должен! В прошлом году сотрудники нашего управления лично изучили и перепроверили более 8 тысяч приговоров и других судебных решений. Нашли полторы тысячи ошибок и дали указания их исправить. По нашим представлениям в апелляционном порядке устранены различные судебные ошибки в отношении 1700 лиц, из них в той или иной степени это коснулось 600 приговоров. Кроме того, 108 приговоров уже вступивших в законную силу , скажем проще ранее вынесенных, отменены либо изменены.в кассационном порядке вышестоящими судебными инстанциями.

- Скажите, а после вмешательств надзорных прокуроров повторные приговоры обычно смягчаются или ужесточаются?

- Чаще

всего после рассмотрения уголовных дел в суде апелляционной инстанции осужденным снижалось назначенное

наказание. Однако в прошлом году более 60 осужденных по результатам рассмотрения доводов представлений

прокурора в суде апелляционной инстанции получили более суровое наказание, или их действия были переквалифицированы на более тяжкие составы

преступлений.

- О каких преступлениях идет речь?

- О разных: мошенничества, и квартирные кражи, торговля наркотиками. Например, в прошлом году Зеленогорский городской суд приговорил наркоторговца за

совершение семи особо тяжких преступлений в составе организованной

группы к 9 годам лишения свободы с

отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима. Мы обжаловали приговор. Судебная коллегия, признав доводы представления прокурора,обоснованными, сочла

назначенное наказание по совокупности преступлений чрезмерно мягким, и усилила его до 11 с половиной лет лишения свободы.

- Накинули, значит, довесок больше «двушечки»( двух с половиной лет лишения свободы)? И это правильно.

- Замечу, что в отношении наркотиков закон у нас суров. За сбыт дают очень большие сроки.

Еще пример. Железнодорожный суд Красноярска оправдал гражданина , который обманным путем завладел квартирой стоимостью более 2,5 млн рублей. Судами первой и апелляционной инстанций в основу оправдательного приговора было положено

решение по гражданскому делу о том, что между сторонами исполнены

обязательства по оформленному договору купли-продажи. Но потерпевшая

утверждала, что это был всего лишь договор займа денежных средств – она получила у обвиняемого в долг немногим более 250 тысяч рублей, а не деньги за квартиру, которую вообще не собиралась продавать. В президиуме

краевого суда прокурором была поддержана кассационная жалоба представителя

потерпевшей, и оправдательный приговор отменен, мошенник был наказан, а потерпевшей была возвращена квартира.

- А много ли у нас в крае выносится оправдательных приговоров после представлений ваших сотрудников? Есть такое мнение, что прокуроры считают оправдательный приговор чуть ли не поражением.

- Вспоминаю, как адвокаты сильно обиделись на председателя Красноярского краевого суда Николая Викторовича Фугу, когда тот объяснил, почему у нас не должно быть оправдательных приговоров. И я с ним полностью согласен. Он очень четко и правильно сказал: если человека суд оправдал, значит его незаконно привлекли к уголовной ответственности. Значит, на каком-то этапе следствия и надзора мы сработали плохо, что-то упустили! Ведь по идее, если человек оказался невиновен, это дело вообще не должно было дойти до суда. Поэтому по каждому оправдательному приговору мы проводим серьезнейшие служебные проверки. Начиная от того, кто зарегистрировал материал, кто арестовывал, кто и как вел следствие… заканчивая работой нашего государственного обвинителя. Словом, все разбираем по косточкам, чтобы выяснить – кто допустил ошибку, на каком этапе? Следствие? Прокуратура? В прошлом году у нас в крае судами разных инстанций было оправдано 32 человека. Семь оправдательных приговоров были отменены по нашему представлению как незаконно вынесенные. По одному уже состоялся обвинительный приговор. А по четырем делам, внимательно их изучив, мы вообще отказались от государственного обвинения. Но это, я еще раз повторяю, не поражение, это ошибки. Если мы их видим, пресекаем, значит надзирающие прокуроры, то есть сотрудники нашего управления, не зря едят свой хлеб. За такие ошибки мы строго наказываем.

- Андрей Юрьевич, в последние годы от людей в погонах мы слышим, что система наказаний в России становится более мягкой, либеральной. И в то же время народ говорит, что либеральной она становится не для всех: тем, кто ворует миллионами и эшелонами, у нас дают какие-то смешные сроки или вообще отпускают по амнистии, а вот «мужику за мешок картошки» могут впаять года три». Этот «мужик» с «мешком картошки» уже стал каким-то нарицательным персонажем. Некоторых послушаешь, так у нас все зоны забиты теми, кто украл на три копейки, а получил несколько лет…

- Да, действительно, проводится общая политика гуманизации. Взят курс на то, чтобы уходить от наказаний, связанных с лишением свободы, за преступления небольшой тяжести. Оно может и правильно, главное ведь не суровость наказания, а его неотвратимость. Но люди, я согласен, справедливо возмущаются, когда кто-то наворовал, допустим, на 130 миллионов, и получил за это четыре года. Причем половину у него ещё не изъяли, непонятно куда это все ушло и на кого оформлено... Сложно объяснить обывателю, что у нас сейчас имеется множество смягчающих обстоятельств, досудебных соглашений, особый порядок судопроизводства, и т.д. По всем этим позициям идут сокращенные сроки наказания, понижается его максимальная кратность… И ситуация иногда доходит до парадоксального. Начинают считать все эти смягчающие кратности, смотришь – преступника уже освобождать надо, потому что он в СИЗО свой срок отсидел.

А экономические преступления предлагается больше наказывать рублем, применять экономические санкции, штрафы, конфискацию и прочее. Что касается конфискации, то мое личное мнение: надо возвращать ее в том варианте, который был в старом Уголовном кодексе РСФСР. Сейчас она… немножечко не такая. Поймали мы, допустим, взяточника – нам надо доказать, что его имущество добыто преступным путем. Причем по каждому объекту: машине, квартире... Раньше была ст. 93-прим: «Хищение государственного имущества в особо крупных размерах». Инкриминируют ее тебе – значит конфискуют все. Оставят только предметы первой необходимости - минимум мебели, одежды, семья-то должна жить.

Я в органах работаю давно, захватил еще Советский Союз. И у меня есть возможность сравнить систему права, которая была тогда, и которая действует сейчас. И в этой части сравнение явно не в пользу нынешней. Хотя мы настаиваем, активно боремся за то, чтобы конфискация была ощутимой, чтоб больно била расхитителей и взяточников. Генеральный прокурор, руководство прокуратуры края ставит нам такую задачу, и правоохранительные органы стараются оказать всяческое содействие, чтобы по возможности найти это имущество, доказать его происхождение, хотя это и очень сложно сделать в рамках существующих законов. Но мы работаем, и есть результаты. В прошлом году конфискация была применена к 42 лицам. Изъято различное имущество и 140 тысяч наличными деньгами.

- Всего-то?!

- Так я и говорю: надо вернуть ту конфискацию, которая была в старом УК РСФСР. Но это вопрос не к нам, а к законодателям.

- Да, я слышал, что в 1996 году в «ельцинской» Госдуме, которая принимала новый УК РФ, было 92 человека с криминальным прошлым. Естественно, что они могли принять?.. А как у нас в крае идет борьба с коррупцией? Порадуйте цифрами.

- В 2015 году судами было рассмотрено 194 уголовных дела в отношении 201 человека. 173 из них осуждено. В том числе за взятки - 24.

- В каких сферах работали эти люди?

- В контролирующих органах, органах местного самоуправления, в сфере обслуживания, здравоохранения. Реальное лишение свободы по коррупции было назначено 18 лицам. Сроки - от двух до 14 лет. А самый большой штраф был назначен в 183 млн. рублей – руководителю лесничества в Минусинске. Плюс 14 лет лишения свободы. Всего судами края штраф в виде основного наказания за дачу и получение взятки назначен на общую сумму 16 миллионов , в качестве дополнительного - на общую сумму 300 миллионов.

- Имена чиновников и одного депутата Заксобрания, которым были предъявлены обвинения в коррупции, мы знаем. Можете поделиться подробностями: как идет следствие, что уже накопали?

- Следствие ведется по закону, тщательно и скрупулезно. Других подробностей сообщить пока не могу, это будет некорректно. Будут вынесены приговоры – все расскажем.

А что касается «мужика с мешком картошки», которому якобы «дали три года», то это, извините, фантазии. Могу вас заверить: это редкость и и даже если выносятся такие приговора, то впоследствии отменяются. Если речь идет о человеке, впервые совершившем преступление небольшой тяжести, то сейчас у него нет шансов получить наказание, связанное с реальным лишением свободы. Если первая кража, да еще если ее совершил несовершеннолетний, – останется на свободе. Мало того, те самые законодатели, которых вы упомянули, отменили понятие особо опасного рецидивиста, изменили формулировку. Взять, например, обычного вора, который совершает кражи на небольшие суммы одну за другой. Украл – выпил – в тюрьму… Сколько у него таких эпизодов? Явно не один! Но он теперь не считается рецидивистом. Потому что совершает преступления небольшой тяжести, его судимости не дают основания для рецидива…

- У нас есть такая почти неприкосновенная категория граждан как судьи и прокуроры. За вашу прокурорскую практику вам или вашим коллегам приходилось поддерживать обвинения в судах в отношении своих коллег?

- Почему – «неприкосновенная»? Перед законом все равны. В конце 90-х к уголовной ответственности привлекались судьи. Они получили реальные сроки за взятки. Своих прокуроров мы очень сурово наказываем за это дело. Как только хоть какая-то информация появляется, хоть намек, наша служба собственной безопасности тут же начинает присматриваться к человеку, его расходам и образу жизни. Был у нас в Богучанах один прокурор. Купил автомобиль за 4,5 миллиона, пошла информация, что обложил «данью» местных предпринимателей и т.д. Через некоторое время его задержали с поличным при получении взятки. Получил 6 лет в позапрошлом году. Несколько лет назад я лично поддерживал обвинение по делу заместителя прокурора одного из районов края, который не просто «крышевал» наркоторговцев, но и сам был уличен в сбыте наркотиков. Это было очень незаурядное дело. Сам подсудимый, реально грамотный специалист, прекрасно знающий методы оперативно-розыскной деятельности, требования уголовно-процессуального и уголовного законодательства вместе с адвокатом жестко отстаивали позицию о невиновности ввиду совершенной в отношении него провокации. Одних только ходатайств об исключении доказательств было больше 70. Пришлось, что называется «попотеть». Он получил серьезный срок наказания. Но самое интересное, что после условно-досрочного освобождения за примерное поведение он нашел меня и поблагодарил, что его вовремя «посадили». Сейчас у него семья, дети, работает в солидной компании. И знаете, это наверное самое главное, потому, что наша работа не ограничивается схемой «поймали –доказали-посадили».

- Изменился ли преступник за последние 10-15 лет и сами преступления? Что нового появилось в арсенале жуликов?

- Конечно, изменился! Они активно используют достижения прогресса, гаджеты, компьютеры, интернет. В прошлом году в суде первой инстанции у нас рассматривалось дело банды Блинкова – так называемые «компьютерные закладчики». Торговали наркотиками через Интернет. У них там все было настолько законспирировано, что они даже не знали друг друга, познакомились только в суде. Но при этом схема было до такой степени отлажена. Один привозит наркотики из Таиланда, другой их упаковывает, они отправляются в Новосибирск, оттуда - еще куда-то. Третий делает закладки и сообщает о них покупателям. Кто-то по компьютеру их пробивает. Свои пароли, шифровки… Вычислить было их очень трудно. Работали и ФСБ, и ребята из группы «К». Группа действовала с 2012 года. В приговоре было сказано: «Занимались реализацией наркотических средств синтетического происхождения бесконтактным способом.» Когда такое раньше было? Нам приходится учиться вместе с жуликами, чтобы бежать впереди них. Они же придумывают массу схем, совершенствуют их. Все эти синтетические наркотики все время новые появляются, наркоконтроль не успевает заносить в их в свои реестры. А УПК требует провести экспертизу, вычислить сухой остаток, там масса разных требований, все это надо доказать…

У меня как-то по делу о «бесконтактном» сбыте наркотиков проходил без пяти минут кандидат наук, химик. Ему через три дня докторскую защищать, а его арестовывают. И он не понимает – за что. Он был уверен, что не совершал преступления – все это вроде бы не с ним происходило, а в параллельной реальности: куда-то «зарядил» товар, но сам дома находился. Вот такие сейчас «виртуальные» жулики.

- Андрей Юрьевич, вы за смертную казнь?

- Раньше, когда был помоложе и было меньше опыта, - да. Сейчас – против. Всегда вспоминаю дело жителя Дивногорска ,который был осужден за убийство, которого не совершал. Этим делом как раз занималось мое управление, готовили заключение о возобновлении производства по вновь открывшимся обстоятельствам. Там, казалось бы, все было против него! Женщину обнаружили во дворе за туалетом, изнасилованную и зарезанную. Он весь в крови, дома кровь, нож лежит окровавленный, группа крови совпадает. Его взяли, он начал давать показания. Был с ней секс перед этим? Был. Гонял ее с ножом? Гонял. Пили? Пили. Подрались? Подрались. Ударил ее? Ударил. Вроде все идеально. Соседи дали свидетельские показания против него. Осудили мужика на длительный срок.

А потом выяснилось, что убил ее маньяк Ершов. Он как раз в это время почему-то был в Дивногорске. Сидел в засаде, все это видел, и воспользовался моментом. Потом, во время следствия признался в этом убийстве, показал на месте, как все было. Мы понять ничего не можем – как?! Человек ведь уже сидит! Это говорит о том, насколько прокурор должен быть внимателен на всех этапах следствия и судебного разбирательства как должен уметь оценивать ситуацию, скрупулезно собирать и сопоставлять факты...

- Вы много лет в правоохранительной системе, вам часто приходится общаться не с лучшими представителями общества – воры, мошенники, убийцы… Наверное трудно бывает сдержаться от гнева, ненависти? Не мешают ли собственные эмоции работать, когда общаешься со всяким отребьем? Или… форму надел, переступил порог суда или прокуратуры, и все эмоции оставил за порогом?

- Нет, ну почему… Ничто человеческое нам не чуждо. Иногда можно и эмоции показать, если ты стопроцентно уверен в себе, чувствуешь свою правоту. От того, как прокурор ведет себя в процессе, как он выстраивает линию обвинения, зависит и поведение обвиняемых. Не каждый посмеет на него нападать и угрожать. Никогда не надо орать, грубить, хамить. Надо вести себя идеально. И подсудимый чувствует эту дистанцию. Прокурор должен знать психологию. С кем-то тихо и спокойно надо говорить, а с кем-то –громко и с металлом в голосе.

Или, бывает, на тебя адвокат необоснованно нападает, намеренно провоцирует, а ты хорошо знаешь закон и материалы дела понимаешь, что прав. Вот тут можно в атаку пойти, приструнить его, попросив судью сделать адвокату замечание. Судебный процесс невозможен без элемента состязательности. Это как шахматы , определяешь тактику, выстраиваешь ходы…

Вообще, я считаю, умение быть объективным, несмотря ни на какие эмоции – процентов 50 профессионализма. Потому что можно быть отличным теоретиком, хорошо знать законы и все нюансы по делу, но не сдержаться, вступить в ненужную полемику и наделать глупостей. У нас в отделе работают гособвинители абсолютно разных психотипов. Один спокойный как удав. Ему все равно, как там на него «наезжают» и провоцируют. Он не поддается на провокации и размеренно делает свое дело, гнет свою линию. Я человек эмоциональный, на меня напали, я моментально ответил, как гюрза.

Но, еще раз повторяю, неважно, кто ты по психотипу. Главное – быть честным и объективным. Этому мы учим и молодежь, которая приходит к нам на работу.

- А в ваше управление трудно попасть?

- Нелегко. Уголовно-судебное управление – это некий бренд. Отбор сюда идет очень серьезный, к нам попадают только лучшие из лучших.

Я горжусь своими сотрудниками, они настоящие профессионалы. Хотя иногда с грустью замечаю, как быстро летит время. Вроде еще вчера вот эта девушка или парень пришли к нам зеленые и неопытные, а сегодня они уже советники юстиции, участвуют в серьезных процессах.

Помню, моя соседка, совершенно далекий от нашей системы человек, попала как-то на судебное заседание апелляционной инстанции. Там участвовал наш молодой сотрудник из апелляционного отдела. Фамилию называть не буду, чтоб он не загордился, а другие не обиделись. «Ну этот, твой, говорит соседка, - он такой! Он адвокату не дал рот раскрыть, как начал сыпать законами... Разделал под орех. И так аргументированно! Я только его 15 минут и слушала. Судья говорит: все правильно, все отменено, идите... Вот это прокурор!»

Мне было приятно, не скрою. И это сказал обыватель, который не знает нашу кухню. Но для того, чтобы так было, этот парень сидит часами перед двумя компьютерами. Там ему надо посмотреть практику, там - что по делу возникло. Чтобы получались такие прокуроры, их надо готовить, постоянно обучать, передавать опыт. Что мы и стараемся делать. У нас заместитель начальника управления Ирина Анатольевна Палиенко с 84-го года работает. Александр Васильевич Тихонов, начальник кассационно-надзорного отдела - с 87-го. Учим молодежь, что наша работа творческая. Говорим им: уйдите от шаблонов, от формализма, не забывайте, что мы работаем с людьми. Хотя полностью уйти от регламента, требований закона конечно, невозможно. Он всегда будет побеждать. Мы же люди в погонах, и закон для нас – превыше всего.

О личном

Как все начиналось

- Решение учиться на юрфаке пришло само собой. У меня всегда была склонность к гуманитарным наукам. Хотя выигрывал и олимпиаду по математике, - рассказывает Андрей Юрьевич. – С детства любил детективы. Перечитал все, что только под руку попадалось – советских авторов, зарубежных. Шерлока Холмса затер до дыр. Раньше тоже было непросто поступить на юрфак. Хотя, конечно, обучение было бесплатным. В тот день, когда я приехал подавать документы, отец мой пришел с ночной смены, он работал на ЦБК. Смеется: «Да кому ты там нужен…». Говорю: «Ничего. Попытка не пытка. Не поступлю – пойду к тебе на завод.» Приехал к университету, посмотрел, сколько там стоит черных «Волг» и номера этих машин… Засомневался. Но потом сдал историю на пятерку, уверенности прибавилось. Хорошо сдал и остальные экзамены. Поступил.

Еще студентами мы помогали операм Центрального РОВД раскрывать преступления. Я тогда всю Покровку излазил. Искал ворованные велосипеды. Принимал участие в отслеживании первого наркотрафика в Красноярске. Наркокурьер был в одной из красноярских гостиниц, надо было посмотреть, кто выйдет с ним на связь. Но жулики всех оперов знают, а у меня лицо «незасвеченное». Отследил я этого курьера, опера потом вели его до самого Иркутска, чтобы выявить всю цепочку…

После третьего курса призвали в армию на два года, тогда всех призывали. Попал в танковые войска.

Дедовщина в то время была жестокая. Но у меня всегда было какое-то чувство справедливости. Решил, что не дам себя в обиду. В первую же ночь «деды» нас попытались «поставить на место». Подняли, выстроили. Нас было семеро красноярцев. И только мы вдвоем с Петькой Фуфаревым не поддались. Стали друг к другу спинами, решили драться до последнего, а там ребята были серьезные. Думаю, либо прибьют, либо... Они побоялись нас трогать. А остальных немного помутузили.

Там, в армии, у вчерашнего студента юрфака проявились и первые «прокурорские» задатки.

- Получилось так, что к концу первого года службы одного моего земляка сильно избили, нанесли тяжкие телесные повреждения. Кто-то из «дедов». И я начал собственное следствие, – вспоминает Смирнов. –Не хочу хвастаться, но за ночь фактически преступление раскрыл, вычислил этого человека. Над ним устроили показательный суд в гарнизонном военном суде, на котором я выступал общественным обвинителем. Это был мой первый опыт обвинения.

В 88-м году вернулся из армии, восстановился в университете, познакомился с будущей женой, она училась здесь же, на юрфаке. На следующий год поехали с ней отдыхать в Сочи. Приехал с курорта в шортах, в майке. Так и зашел сюда, в это здание на Мира,32 в котором сейчас работаю, у меня на руках было направление на практику. Говорю: «Отправьте меня в родной Кировский район.» Начальник отдела кадров предложил присесть, написать автобиографию. Он ее посмотрел и говорит: «А не хочешь ли ты поработать в прокуратуре по надзору за исправительными учреждениями?» Я не понял, спросил: «Практикантом?» - «Да нет, стажером. Оклад 156 рублей.» Так продолжилась, но уже в ранге прокурорского работника моя трудовая биография. Много поездил по краю, по «зонам»…

С тем периодом связана одна история, которая научила меня, как важно в нашей в работе быть дотошным, все проверять и перепроверять.

Подняли меня как-то утром. Говорят: «В седьмой колонии нападение на офицера.» Приезжаю, а там стоит такой… Чуть выше меня ростом и такой же худой как я тогда. Офицеры стоят, мнутся. И показывают мне «нож» из фольги, с которым он «нападал». Думаю: и что здесь возбуждать? Он же ненормальный. Поговорил с «террористом». А он как начал меня заваливать кабалистикой и нести какую-то нереальную ерунду, но так красиво… Ну, думаю, точно псих. Смотрю личное дело – психиатрическую экспертизу не проводили. А сидит за убийство! Отправляю этого товарища в Москву, в институт им. Сербского. Там у меня его оторвали с руками и ногами. Прислали заключение на 35 листах с подробным диагнозом, один такой на сто тысяч Отменили ему приговор, отправили на лечение.

В органах прокуратуры я работаю уже более четверти века. С каждым годом задачи, стоящие перед нами становятся сложнее, как и сама жизнь. Главное не забывать самое важное правило- не знаешь как поступить, поступай по закону! На том и стоим!

Сергей БУРЛАКУ

Новость на сайте Прокуратуры РФ Красноярского края

Версия для печати Сообщить о неточности или изменение в первоисточнике Уточнить актуальность
Новость была получена автоматически с источника в 2016:03:18 17:07 (МСК)

Тема: Сексуальные преступления против несовершеннолетних, Коррупция

Законодательство: Статья 140 УК РФ Отказ в предоставлении гражданину информации

Регионы России: СФО, Красноярский край

Вы очевидец?!

Вы стали очевидцем событий и происшествий о которых читаете?

Поделитесь фотографиями со всей страной!

Другие тэги

Все новости по тэгу ""

ФССП

24 Август 2016 года Очевидная польза
24 Август 2016 года В кредитном плену